Шторки. часть 1

A A A
3

Оглавление

Время от времени я начинаю ненавидеть его работу. Особенно, когда работа вмешивается в наши личные планы. В этот раз именно так и произошло. Давно планировавшийся отпуск, который мы решили провести вместе на Домбае, оставив детей бабушкам, чуть было не сорвался. У нас уже была на руках путевка, уже были взяты билеты на поезд, я заботливо собрала вещи, муж проверил лыжи, упаковав их в двойной чехол… И вдруг приезд какого-то важного партнера по бизнесу поставил под вопрос всю поездку. Поезд в субботу утром, а встретить партнера и провести с ним переговоры муж должен в субботу вечером. Что за бред?! По опыту семейной жизни я знала, что могу, конечно, устроить скандал, поплакать, но толку будет мало – работа на первом месте. Точнее, конечно, на первом месте семья, двое детей, которых мы оба безумно любим. Я прекрасно знаю, что ради семьи он готов пожертвовать всем, что у него есть. Но… все же, когда речь шла не об экстремальных событиях, а об обычной жизни, работа – вне конкуренции. Как говорит муж – вы у меня дорогие во всех смыслах этого слова.
Очень дорогие. Я знаю, что в глубине душе Маша все это прекрасно понимает, и знает, что я не могу не провести эту встречу. В общем, вместо романтического путешествия на поезде попробовали взять билеты на самолет. Но так как делать это пришлось буквально накануне поездки, то, как назло, возникли проблемы и с этим. Удалось взять лишь один билет. Получалось, что у нас нет другого варианта, кроме как Маше ехать одной на поезде, а мне рано утром следующего дня догонять ее на самолете, проведя нужную встречу в Москве. При этом если самолет не задержится, то я даже успевал встретить жену на вокзале в Минеральных Водах. Именно такой вариант я и предложил – проводить ее на поезд в Москве и встретить на следующий день в Минводах. Конечно, ей не очень это понравилось, но ничего умнее не придумывалось. Не на автобусе же из Москвы туда ехать, в самом деле…
И сначала все шло по плану. Мы выехали из дома заранее, так что успели еще посидеть в кафе недалеко от вокзала и выпить по паре рюмок коньяка. И теперь, немного расслабленный действием спиртного, я с чемоданом шел по перрону чуть сзади Маши, любуясь ее стройной фигурой, за которой она внимательно следит, светлыми волосами чуть ниже плеч, слегка развевающимися при ходьбе, и красивыми ногами, которые юбка чуть выше колен не столько скрывала, сколько подчеркивала. К этому описанию моей жены можно добавить весьма миловидную внешность и третий размер груди, которая у нее по-прежнему весьма сексуальная для 37-летней женщины, матери двух детей. Жаль, что сегодня мы будем спать не вместе. За 15 лет знакомства я редко отказывал себе в удовольствии оттрахать свою жену перед сном. Нужно отдать ей должное – она тоже никогда не отказывалась от секса со мной. Всякие там «голова болит» – это не про нашу семью. И это здорово, потому что пока это так, у меня довольно редко возникают соблазны развлечься где-то на стороне. Смысла нет, жена лучше всех знает, как доставить мне удовольствие. Пока подобного рода мысли неторопливо крутились в моей голове, мы подошли к ее вагону.
Вот и нужный вагон. Я достала билет и с улыбкой протянула его проводнику – мужчине лет 55, активно седеющему, но еще вполне привлекательно выглядящему. Он улыбнулся мне в ответ, с удовлетворением окинул быстрым взглядом мою фигуру и остановился взглядом на муже.
– Вы едете одна или вместе?
– Я одна. Муж провожает. Он может занести чемодан в мое купе?
– Конечно! – проводник снова улыбнулся, и мне показалось, что еще более удовлетворенно, и слегка подмигнул мужу. – Только не задерживайтесь, отправление через 15 минут.
Муж что-то уточнял у проводника, а я уже вошла в вагон и пошла по коридору, внимательно смотря на указатели на купе, ища свое место. В это время с противоположного конца вагона распахнулась дверь, и из тамбура навстречу мне вошли трое мужчин, все черноволосые и темноглазые. Похожи на кавказцев, – подумала я. При виде меня они переглянулись, один из них присвистнул – ого, какие красавицы ездят в поездах… На их лицах появились улыбки, какие могли бы быть у котов при виде сметаны, если бы коты умели улыбаться. В общем, не очень мне эти улыбки понравились. Еще меньше мне понравилось, что, поравнявшись со мной, эта троица не торопилась дать мне пройти. Напротив, они своими торсами слегка прижали меня к стенке вагона, так что моя грудь вжалась в одного из них, и в тот же момент я почувствовала руку другого мужчины у себя ниже талии. Он по-хозяйски положил руку мне на попку, слегка сжал и с улыбочкой смотрел мне прямо в глаза, наблюдая за реакцией. Это продлилось не более двух секунд, в течение которых я лихорадочно решала, как поступить, но так и не успела ничего решить. В следующее мгновенье из тамбура послышались шаги, и появился муж с чемоданом.
Ужасно неудобно тащить чемодан по коридору в вагоне. Все время задеваешь за стенки, как ни старайся. Я зашел в вагон через несколько секунд после Маши, уточнив на всякий случай у проводника время прихода поезда в Минеральные Воды. Она уже искала свое купе, и я увидел, как она протискивается мимо шедшей навстречу группы мужчин. Могли бы и сами уступить женщине дорогу, – с досадой подумал я, одновременно с удовольствием отметив, что моя жена явно произвела на них впечатление, так как, даже поравнявшись со мной, они продолжали улыбаться и оглядываться ей вслед. Я зашел вслед за Машей в ее купе, убрал чемодан под полку и притянул жену к себе.
– Я буду скучать.
– Я тоже, милый. Обещай мне, что ты не задержишься еще, и завтра обязательно встретишь меня на вокзале.
– Обещаю. Не волнуйся, все будет хорошо. Я люблю тебя.
Скрепив эти слова горячим поцелуем, я вышел из вагона на перрон. Там же стояли те самые мужчины и что-то негромко обсуждали с проводником. Я прошел вдоль вагона к окну купе, в котором была Маша. Она увидела меня, заулыбалась, подошла вплотную к стеклу и стала посылать мне воздушные поцелуи и рисовать на стекле всякие смешные рожицы. Окно нельзя было открыть, т.к. купе было оборудовано кондиционером. Поэтому я не мог слышать, что она мне говорит, мог лишь угадывать по губам. В тот момент, когда ее губы в очередной раз произносили «Я люблю тебя», дверь в купе открылась, и я увидел, кто будет попутчиками моей жены. Несложно догадаться – это были те трое.
Это опять были они. Резко отворив дверь, стояли на пороге все с теми же масляными улыбочками на лицах. Еще какое-то время у меня была слабая надежда, что они просто ошиблись купе, но ей не суждено было сбыться. С дежурными фразами – «…а вот и наши места», «…здрассьте, девушка», «…какая тут красота» – они начали шумно располагаться на полках, закрыв дверь. Чертыхнувшись про себя от перспективы почти сутки терпеть рядом нахальные рожи и слушать сальные намеки, я решила, что позже быстро поставлю их на место. Не буду отрицать – мне всегда нравились уверенные в себе мужчины, притягивала их внутренняя сила, а у мужчин, выросших на Кавказе или в его предгорьях, это выражено очень сильно. Эти трое, конечно, нахалы, но, судя по звучащим не лишенным чувства юмора шуткам, не дебилы. Поэтому я подумала, что, возможно, общение с этой троицей и не будет для меня столь уж неприятным. А сейчас мне хотелось последние несколько минут перед отправлением поезда просто смотреть на самого дорогого для меня мужчину, который улыбался мне с перрона и посылал воздушные поцелуи. Поэтому, не очень приветливо процедив «добрый день», я вновь повернулась к окну. И тут же поняла, что моя позиция в купе не очень удобна – пока я была одна, я стояла напротив окна, отделенная от него столиком, и это было вполне естественно. Теперь же, когда в купе было еще трое мужчин, я бы предпочла не стоять посередине, а сесть у окна, но эти места были сразу же заняты моими новыми попутчиками. Наверное, правильнее было бы выйти в тамбур, но я понимала, что до отхода поезда осталось совсем чуть-чуть, и пока я буду ходить, поезд уже может тронуться. Поэтому я осталась на месте, подняла глаза на мужа, улыбнулась в ответ на его улыбку и… в ту же секунду вновь почувствовала мужскую руку на своей попе. Причем это явно было не случайное прикосновение, рука лежала на ягодицах по-хозяйски, поглаживая и сжимая их через юбку. Я посмотрела на владельца руки и встретила в ответ прямой, слегка улыбающийся взгляд. Он и не думал ни отводить глаза, ни убирать руку. Наоборот, он еще плотнее прижал ее к моему заду, и я с ужасом почувствовала, что вторая рука начинает поднимать мне юбку. Все это происходило настолько быстро, что я буквально не могла собраться с мыслями и принять какое-либо решение. Еще три минуты назад я стояла в купе совершенно одна и спокойно улыбалась мужу, а сейчас я стою точно также, но уже прижатая бедрами к столику, и чувствую, как уверенная рука забирается мне под юбку и гладит мои ноги и попу уже под юбкой. И все это фактически на глазах у мужа, который, ни о чем не догадываясь, машет мне с перрона. Я понимала, что если я сейчас устрою скандал, то наша и так очень неочевидная поездка точно окончательно сорвется. И я решила потерпеть пару минут, чтобы разобраться с этими наглецами сразу после отхода поезда, не нервируя мужа. И в этот момент мои попутчики с двух сторон сдвинули шторки, которые в купе наполовину закрывают окно…
Если честно, я далеко не сразу понял, что происходит. Даже когда вдруг закрылись шторки, так, что теперь я мог видеть Машу уже не до пояса, а лишь ее голову и самый верх плеч. Как только эта троица вошла в купе, я заметил, что Маша напряглась, но потом вновь повернулась ко мне, послала воздушный поцелуй. В конце концов, это же поезд, а не катакомбы, куча людей вокруг, что может случиться? Жена улыбалась мне через окно, время от времени поворачивая голову к своим попутчикам, видимо что-то с ними обсуждая, и я постепенно успокоился. Взглянул на часы, а когда вновь поднял взгляд – шторки уже были закрыты. С этого момента события стали разворачиваться настолько стремительно, что я с трудом смог их восстановить в хронологической последовательности спустя некоторое время.
Лицо жены было повернуто в сторону, видимо она опять о чем-то говорила с кем-то из этих троих. Когда она вновь посмотрела на меня, я заметил в ее глазах растерянность и смятение, она улыбалась мне, но улыбка была какая-то неуверенная. Я вопрошающе кивнул ей: мол, что-то не так? И уже было двинулся к входу в вагон, но тут же выражение ее лица вновь стало спокойным, и она безмятежно помахала мне рукой. Проводник уже зашел в вагон и готовился закрыть за собой дверь в тамбур. Было понятно, что до отхода считанные секунды. И вот вагон почти бесшумно начинает медленно скользить вдаль перрона. Я вновь смотрю на жену, она с какой-то застывшей улыбкой кивает мне, почему-то слегка подрагивая, ее губы беззвучно что-то шепчут, она поворачивается ко мне в профиль, видимо, общаясь с соседями по купе, и уже больше не смотрит на меня. Я понимаю, что в ней что-то неуловимо изменилось. Но что?
И вдруг до меня доходит, что именно: ее плечи – небольшая видимая мне часть – обнажены! На них уже нет блузки, остались только бретельки от лифчика. Это уже был явный перебор. Я бросился за вагоном, пытаясь постучать в стекло, но поезд быстро набирал ход, мне лишь на пару секунд удалось поравняться с окном. В этот момент от движения поезда шторки на окне чуть-чуть разошлись, и то, что я успел увидеть, ввергло меня в шок. Моя жена стояла в проходе между полками напротив сидящих мужчин, лицом к ним. На ней действительно не было блузки. Но если бы только это… На ней не было также и юбки. Она стояла перед ними только в трусиках и лифчике. И как раз в тот момент, когда шторки на окне разошлись, я увидел, как она САМА завела руки за спину и расстегнула застежку на лифчике…
Я не могла поверить, что сделала это… Я сама расстегнула лифчик по их приказу. Но это было действительно так. Как только поезд тронулся, они перестали трахать меня пальцами во влагалище и попку, чем активно занимались последние пять минут, сразу после того, как задернули шторки.
– Хватит прощаться со своим муженьком, не на всю жизнь расстаетесь. Повернись сюда! – услышала я жесткий приказ, как только платформа начала медленно уплывать назад.
Такого со мной еще никогда не было. Я не была святой, и время от времени позволяла себе развлечься с очередным симпатичным ухажером. При этом я не считала, что изменяю своему мужу, так как это всегда был просто секс, никакой влюбленности. Но то, что происходило сейчас, не было обычной изменой даже с такими оговорками. Я понимала, что происходит что-то большее, и, не буду скрывать, в какой-то момент меня это начало заводить. Я вдруг почувствовала, что не могу найти в себе сил, чтобы отстранить от себя чужие наглые руки, которые не просто полезли мне под юбку, но и буквально через минуту умело расстегнув крючки, уронили ее мне под ноги… Две руки продолжали мять мою попку, настойчиво заставляя меня слегка раздвинуть ноги, пальцами массируя мои дырочки. А еще две руки тут же начали расстегивать на мне блузку, не стесняясь одновременно бесцеремонно лапать мои груди. Все происходило настолько быстро… Еще каких-то полчаса назад я шла по перрону в сопровождении своего мужа и даже не думала ни о чем подобном. И вот сейчас я уже стою полуголая в купе с тремя абсолютно незнакомыми мне мужчинами, прижатая к столику, натянуто улыбаюсь через стекло мужу, который из-за предусмотрительно закрытых шторок не может видеть, что его жену уже практически раздели, что ее киску и попку уже вовсю дрочат пальцами под столом, да так умело, что я уже вся теку… Что рука забирается мне под лифчик и сжимает сосок так, что я невольно вздрагиваю… И вот, как только они поняли, что поезд уже пошел, и я в их власти, а муж уже не может ничего сделать, они отбросили условности и отдали первый четкий приказ.
Повернувшись к ним, я боялась поднять глаза на сидящих передо мной трех уверенных в своей власти мужчин... не знаю почему, но против своей воли я признала их право на это…
– Сними лифчик, покажи грудь. Делай, что говорят, и побыстрее! – вздрогнув от окрика, я медленно, как во сне, завела руки за спину, и вот уже они с усмешкой рассматривают мою голую грудку. Такую симпатичную, которой я так всегда гордилась, даже после двух беременностей, и которую всегда преподносила своим мужчинам как большой подарок. А сейчас эту красоту просто берут по праву сильного. Боже! От этой мысли я почувствовала новый приток влаги во влагалище, а соски предательски напряглись.
– Неплохо, хорошие сиськи. А теперь трусики вниз. Быстро! – в сумочке разрывался мобильный, я понимала, что это звонит муж, но не могла заставить себя сейчас взять трубку. Я позвоню ему потом. Потом. Не обижайся, милый, любимый, прости меня… Я позвоню тебе потом. А сейчас я послушно спускаю трусики под усмехающимися взглядами трех незнакомых мужчин, которые за двадцать минут нашли ключик к твоей красивой женушке… так уж вышло… прости меня…
Прости меня! Я понял, что шептали ее губы, перед тем, как она повернулась к ним – «Прости меня, милый!». Почему-то до меня это дошло именно в тот момент, когда следующим утром самолет оторвался от полосы в Шереметьево. Может быть, до этого я просто не мог спокойно подумать обо всем этом. Сразу после отхода поезда я схватил мобильник и начал набирать Машин номер. Но в течение часа слышал только длинные гудки. Я бы мог подумать, что она забыла перевести телефон из режима виброзвонка, и поэтому просто не слышит его… Я бы так и подумал, если бы не видел той сцены, которую мне показали приоткрывшиеся шторки. Увидеть свою жену, покорно стоящей почти полностью обнаженной перед совершенно чужими мужчинами и выполняющей их приказы – это непростое испытание. Может быть, мне все это померещилось? Тогда нужно признать, что я просто схожу с ума… Впрочем, за тот час, пока Машин телефон не отвечал, я был вполне близок к этому состоянию. Мое воспаленное воображение рисовало картины одну хуже другой: ее унижают… ее насилуют… ей делают больно… через час я снова взял телефон с твердым намерением позвонить в милицию (и что бы я им сказал? остановите поезд, моя жена раздевалась в купе?) и молил Бога только об одном – лишь бы она была жива… Но через час Маша перезвонила сама.
– Милый, привет, это я… – ее голос звучал немного глухо, но в целом достаточно спокойно.
– Маша, господи… я уже час пытаюсь до тебя дозвониться, что случилось?! С тобой все в порядке?! – я не мог, да и не хотел сдерживать свое беспокойство, и Маша это почувствовала.
– Конечно, милый, все в порядке. Извини, я просто не слышала телефон. Не надо так волноваться.
– Волноваться?! Да я чуть с ума не сошел за этот час!!! Что у тебя там происходит?!
– Ничего не происходит…едем… что ты так переживаешь? Я же звоню тебе…
– Маша… мне показалось, что… во время отъезда поезда… ну, в общем, что в твоем купе не все в порядке…
– Не все в порядке? Что ты имеешь ввиду? Нет-нет, дорогой, все хорошо, что ты…
– Твои попутчики… они не пристают к тебе? Милая, я правда волнуюсь, они не сделали тебе ничего плохого? – я понимал, что несу полную чушь, но что еще я мог сказать по телефону, не видя ее глаз?
– Успокойся, все в порядке… они нормальные ребята… ты ведь встретишь меня завтра, правда? Ты только встреть, милый, пожалуйста… обязательно встреть меня, слышишь? – только в этот момент мне послышался всхлип в ее голосе.
– Маша, я…
– Все в порядке, дорогой, – ее голос вновь звучал спокойно. – Я люблю тебя. Ну, все, пока-пока, а то уже связь пропадает… Целую тебя. До завтра.
И она нажала отбой. Я тут же попытался снова набрать ее номер, но она уже была недоступна – то ли и правда связь уже пропала, то ли она сама отключила телефон. Я уже опаздывал на встречу с партнером, поэтому дальше меня закрутили дела. В течение дня я еще несколько раз пытался ей дозвониться, но с тем же успехом. До дома я добрался в середине ночи, просто рухнул на диван и заснул. А рано утром, не выспавшийся и разбитый, помчался в аэропорт. И только теперь, сидя в кресле во взлетающем самолете, смог, наконец, попытаться обдумать все происходящее. Я пытался разобраться со своими ощущениями, которые, надо сказать, были необычные.
Другие мужчины всегда уделяли Маше повышенное внимание, и не скрою – мне это всегда льстило, а жену возбуждало. Был ли у нее кто-то еще, кроме меня? Не знаю. Учитывая ее внешность и сексуальность – вполне возможно. Но даже если и был, то это никогда не влияло на наши семейные отношения, Маша искренне любит меня – и это взаимно. Поэтому я давно уже принял за правило – не терзать себя бессмысленными подозрениями. Тем более, что кто из нас без греха? Но одно дело – думать об этом абстрактно и, может быть, даже что-то подозревать, а совсем другое – увидеть собственными глазами, как твоя жена сама раздевается перед другими мужчинами… В первый час, пока я не мог с Машей связаться, я был жутко напуган увиденным и собственными фантазиями на тему того, чем это могло закончиться. После разговора с ней я с одной стороны немного успокоился, а с другой – убедился, что мне все это не привиделось. Искусственно-спокойный голос жены не мог меня обмануть, я слишком хорошо ее знал. В купе действительно происходило нечто необычное, и я не был настолько наивным, чтобы не понимать характер происходящего. Но самым удивительным для меня было то, что я чувствовал. Я не сходил с ума от ревности, как, наверное, должен был бы. Я по-прежнему волновался за Машу и ее здоровье, но во всем остальном происходящее меня… сильно возбуждало. Когда я представлял себе свою жену полностью голую в руках этих трех кавказцев, которые заполучили ее в свое распоряжение почти на сутки – у меня невольно вставал член.
Мне кажется, их члены за всю поездку не опускались вообще. Во всяком случае, моменты, когда я могла хоть немного отдохнуть, можно пересчитать по пальцам. Это началось практически сразу после отхода поезда от вокзала в Москве и продолжалось вплоть до прибытия в Минеральные воды. Когда я сняла с себя трусики и встала перед ними полностью голая, они некоторое время покрутили меня в разные стороны, хорошенько рассматривая и ощупывая во всех местах. Они не скрывали своего восхищения, и мне это было приятно, как ни странно для такой ситуации. Достали фляжку с коньяком, выпили сами, заставили глотнуть и меня. А потом просто положили грудью на столик, заставили поднять попку повыше – и началось. К моему стыду, уже первое проникновение члена в мою киску прошло очень легко, настолько я к тому времени уже была возбуждена всем происходящим. Так они и взяли меня по первому разу – по очереди, раком, наклоненной на столик. Я даже не сразу заметила, что в купе вошел проводник, чтобы проверить билеты. Однако, увиденная картина не вызвала у него никакого удивления, он спокойно взял билеты этой троицы, которую те бросили мне на спину, дергающуюся вслед за движениями члена во влагалище, надорвал их и положил обратно на меня.
– Все в порядке у вас, ребята, все довольны? – с усмешкой спросил он.
– Все хорошо, шеф, спасибо, видишь – уже едем вовсю… – хохотнув, ответил кто-то из моих попутчиков.
– Да уж вижу… быстрые вы, однако. Девушка как немного освободится – пусть зайдет ко мне, я у нее тоже билет проверю…
– Обязательно, но – попозже…
– Договорились.
В течение всего этого разговора меня продолжал сношать один из троицы, шлепая время от времени ладонью по попе и спине. Поэтому даже не знаю, от чего я была более красная – от стыда или от шлепков. Шлепать меня им вообще очень понравилось. Наверное, еще и потому, что я ничего не возражала против этого, наоборот, с каждым шлепком моя киска текла все сильнее.
– Как звать-то тебя? – спросил один из них после того, как они прошлись по мне по первому разу.
– Маша, – тихо ответила я.
– Вот что, Машка, думаю, ты уже поняла, что в этой поездке будешь нашей сучкой. Что скажем, то и будешь делать, и все будет хорошо. Выйдешь в Минводах целой-невредимой… Ну разве что с нашими засосами снаружи и спермой внутри… – заржали они. – А будешь рыпаться – пеняй на себя. Ясно?
Уж куда яснее. Мое положение мне было очевидно уже давно. Эти трое меня так просто уже не отпустят, будут развлекаться по полной программе. Проводник с ними заодно, видимо он и подстроил так, чтобы они подсели в мое купе. В этой ситуации рыпаться – действительно дороже выйдет. Как говорится в известной поговорке – лучше расслабиться и получать удовольствие. Тем более что я действительно получала от этой ситуации какое-то извращенное наслаждение. После первого испуга я поняла, что ничего ужасного они со мной делать не собираются, просто хотят поразвлечься. И делают это со знанием предмета, что у меня всегда вызывало к мужчинам дополнительную симпатию. Они выбрали верную стратегию – быстрый натиск, пока я не успела сообразить, что происходит. Блицкриг, классика. И уж теперь у них вряд ли будут существенные тактические ошибки.
– Ясно, – опять почти прошептала я.
– Мы тебя еще вроде как в ротик не трахали, связки повредить не могли, чего шепчешь-то? – это замечание вновь вызвало гогот всей троицы. – Ты давай-ка, говори нормально, и мужу позвони, скажи, что все в порядке, а то, похоже, это он уже целый час телефон надрывает. Нам проблемы не нужны. И тебе тоже, поняла? А чтобы тебе яснее твое положение было, звонить будешь, сидя на моем члене. И только попробуй что-нибудь не так вякнуть! – со значением сказал он.
Так стыдно мне не было до сих пор никогда. Я слышала в трубке взволнованный голос своего любимого мужа, который, похоже, все же что-то успел разглядеть, хотя шторки вроде бы были плотно задернуты. Я говорила ему, что все хорошо, а сама в это время сидела на твердом члене, который был мне вставлен уже не в киску, а в попку. Спасибо хоть, что у хозяина члена хватило ума не двигаться во мне во время разговора, иначе я бы точно не смогла говорить спокойным голосом. Зато, как только я закончила беседу с мужем, мой телефон тут же был выключен, и всем моим дырочкам досталось по полной программе. Меня крутили во все стороны, ставили и клали во все позы, они брали меня по одному, вдвоем и сразу втроем… Через несколько минут я глотала сперму у каждого из них по очереди…
– Вот так, мужики, хорошо, будем пока сливать ей в ротик, а то каждый раз придется отправлять ее подмываться, либо резинки одевать, неэкономное использование времени и денег получается… – снова смеялись они.
Спустя часа три они решили, что для начала хватит, и пора выполнить обещание, данное проводнику. Мне позволили одеть только халат на голое тело и взять билет.
– Зайди в туалет сначала, умойся, я то у тебя наша сперма даже в ушах… – хлопая меня по заднице, с усмешкой сказал один из них, выталкивая меня из купе.
Неужели подчинение так быстро входит в привычку или это у меня природная склонность? – думала я, стоя в вагонном туалете и разглядывая свое лицо, которое и вправду пора было привести в порядок – несколько часов практически непрерывного траха сделали мои губки чересчур пухлыми… Хотя, не могла не улыбнуться я про себя, пожалуй, еще более сексуальными. Интересно, понравились бы сейчас мои губы мужу? – мелькнула сумасшедшая мысль. Воспоминание о муже заставило меня прийти в себя и еще раз критично посмотреть на себя в зеркало. Да… красота неописуемая. Порядочная замужняя женщина, мать двоих детей, позволяет вытворять с собой хрен знает что…
– Ну почему же хрен знает что… Ты очень даже хорошо понимаешь, что сейчас с тобой делают, и тебе это нравится, разве не так? – задавала я мысленно вопрос своему отражению в зеркале.
– Да, мне нравится, но мне очень стыдно… я предаю своего мужа… я недостойна своих детей…
– Чушь собачья, милочка… Твой муж, конечно, любит тебя, но он тоже не безгрешен, и ты это прекрасно знаешь. Ты тоже его любишь, но разве это первый раз, когда ты раздвигаешь ножки и получаешь удовольствие, лежа под кем-то другим, будучи любящей женой? Разве после этого ты меньше любишь своего мужа? По-моему, даже больше. А детей сюда вообще не нужно приплетать… они в другой жизни, в которую ты вернешься, когда выйдешь из поезда… Но пока ты здесь, ты – шлюха, и тебе это нравится.
– Но…
– Никаких «но». Давай-ка, умывайся-подмывайся и шагом марш к проводнику… проверять билеты… а то он тебя навсегда в этом вагоне оставит…
A A A

Поиск

Жанры Видео

Жанры Рассказов


© Copyright 2019